13012101 Огонь.

Наставления и практика в Общине и во время Занятий

Модератор: Sophia

Ответить
Аватара пользователя
Тата
Сообщения: 870
Зарегистрирован: Пн ноя 30, 2009 2:46 pm
Откуда: Уймонская долина

13012101 Огонь.

Сообщение Тата » Сб мар 16, 2013 11:45 am

13012101 Огонь. 21.01.2013 Аккем, вечер первый

Макс. Можно сказать, что огонь, когда входит в человека, он входит для того, чтобы подготовить его к тому, чтобы это настоящее в нем начало проступать и вытеснять то ветхое, ненужное, которое от личности.

Учитель. Я не могу сказать, что он прямо должен очистить, я думаю, что он всё время очищает. То есть, огонь – это процесс. То есть, какого бы ты уровня не достиг, всё равно можно лучше. То есть, он будет всегда совершать работу. Просто есть момент до вхождения огня, как духа святого еще его называют в христианстве, и после.

Макс. А в чем разница до и после?

Учитель. Когда огонь, дух святый, входит в человека, то он начинает его тело, его чувства, ум, представления, отношения с другими людьми переиначивать, переделывать, ломать, происходит ломка, как будто вселился в новый дом и начинает делать там ремонт, сносить стены там, переставлять унитаз и так далее. И часто человеку не нравится, что с ним происходит, потому что это слишком круто, достаточно болезненно, но огонь все равно это всё вытесняет. Вплоть до физики, вот если у человека есть гнилые зубы, то они выпадают сразу. Если есть какие-то отношения с какими-то людьми, которые не нравятся, этих людей выпуливает просто из жизни. С едой тоже, как у крошки Мариты, когда огонь в ней проснулся, она съела не ту еду, и просто ее тошнило сутки, рвало до потери сознания. То есть, такие вполне конкретные вещи, то есть, то что огню не нравится, он очень рьяно и безапелляционно ломает, причем он особо не расшаркивается. Просто берет и крушит в лоб, и договориться с ним практически невозможно. Причем он даже человека с ума свести может. А если человек прикоснулся к огню, а после этого решил отойти от этой духовной жизни, то огонь вообще сводит его с ума. Такие люди вообще погибают.

Макс. И это страшно.

Учитель. Поэтому я в своей жизни всегда очень пристально смотрю. Вообще, огонь или дух святый – это, я считаю, инопланетная форма разума, которая была еще до создания нашей планеты. И мы думаем, что это мы разумные, на самом деле, это он разумен, а мы лишь … Ну, знаешь, как у нас есть домашние животные. Вот мы такие домашние животинки. Вот, Глеб, представь себе, что ты купил коня. А ты его воспитываешь, ты с ним договариваешься, вы вместе совершаете какую-то работу, которую ты без коня совершить не можешь. Вот так и мы тоже. Огонь создает нас.

Юля. Нас покупают.

Учитель. Да. Но это сотрудничество. Ведь же ты не потребляешь коня, а ты сотрудничаешь с ним. И ты не можешь его заставить, ты можешь с ним только договориться.

Макс. А к чему он должен привести? У него же есть, наверное. Он же разумен, он понимает, что он должен к совершенству или к облику к идеальному, или просто к мировому разуму.

Учитель. Дело в том, что огонь – это такая форма жизни, которая тоже размножается. И когда ты становишься достаточно чист сам, то ты начинаешь зажигать других людей, то есть, дарить им этот огонь, и это крупица огня, которая размножается таким образом.

Макс. То есть, он хочет из тебя сделать самого огня такого же точно как бы, да?

Учитель. Да. Помнишь, как в Катехизисе буддийском: «Огонь знания, сжигая все деяния на плане иллюзий, потому те, кто познал и освободился, именуются огнями.» Так что огонь хочет, чтобы все остальные стали огнями, под себя. И поэтому, когда становишься огненным, ты зажигаешь других, ты делишься с ними своим огнём. На самом деле в них не твой огонь, в них новый огонь, который родился от твоего, как от одной свечи зажглась другая.

Макс. Интересно. То есть, получается, каждый человек, когда светит или зажигает своим огнем, он его через свою индивидуальность как бы окрашивает, да?

Учитель. Фактически да. Это сотрудничество, поэтому я и говорю, что здесь нет потребительства - в Космосе есть только союзы.

Макс. Получается, высший огонь, который входит в нас или может войти в кого-либо, он тоже как бы несет на себе окрас чьей-то более высокой индивидуальности?

Учитель. Да, и так во всём. Здесь есть союзы, синергия.

Митя. Какие должны быть условия созданы для того, чтобы огонь вошел?

Учитель. Во-первых, должна быть преемственность. Нужно, чтобы кто-то захотел – носитель огня – дать его тебе. Во-вторых, надо, чтобы ты был достоин того, чтобы он захотел. В-третьих, нужно создать в себе уже какие-то нравственные условия, при которых огонь сам захотел бы войти, потому что если он войдет в тебя, и там ему будет очень не уютно, ему придется очень много ломать, а это может привести к сумасшествию и смерти. Поэтому в не подготовленное он не войдет. В «Агни йоге» об этом хорошо сказано, что « не войди в огонь в сгораемых одеждах». Такой смысл такой фразы.

Макс. То есть, получается, сначала очищение, потом принятие.

Учитель. Да, всегда. Поэтому и говорю, Глеб и говорит, что, может быть, мы здесь и сидим ждем погоду, что мы, может быть, еще просто к тому, что нас там ждет, чему-то важному и ценному не готовы, не достаточно очистились. Не все, но некоторые.

Лена. Скажи, а чистота – это не следствие огня? То есть, это то, что ты должен совершить, очиститься, или огонь входит, и ты очищаешься как-то?

Учитель. Надо стать очень созвучным огню, чтобы в тебе осталось мало того, что бы в тебе осталось мало того, чего в нем нет.

Лена. То есть, это как бы совместный труд.

Учитель. Да, и в тебе глаз светлеет тогда, поднимаешься. Ты как бы видишь огнем, как будто бы, знаешь, перед тобой какое-то окно раскрылось в пространстве такое телепортационное, и ты видишь другой мир в нём.
Вообще можно с уверенностью сказать, что всё ученичество, что в христианстве, что в буддизме, что в йоге, что в других системах, зороастризм тоже поклонение огню, солнцу, всегда предполагало, что есть фаза подготовки ученика для огня, есть фаза вхождения огня, есть фаза ломки человека под огонь, а затем есть фаза сотрудничества с огнем. Этих ступеней сотрудничества с огнем тоже не мало. То есть, другими словами, если через эту призму посмотреть, можно очень четко понять, что огонь – это вообще основа жизни. Даже вот ты сейчас сидишь, Макс, и ты живой отличаешься от тебя мертвого тем, что в тебе есть жизнь. Но что есть жизнь? Ни что иное, как соизволение огня на то, чтобы ты существовал. Если огонь не хочет, чтобы ты существовал, ты существовать не будешь.
Самая высшая фаза огня – это мысль. Поэтому если, например, есть какой-то мыслитель, который созвучен огню – его мысль огненная, то другой человек, видя эти огненные мысли и с ними не соглашаясь, тем самым выступает против огня, и огонь покидает его, и он становится глупее, начинает быть неадекватным. И окружающие люди решают, что он просто стал глупее, деградация. Другими словами, там, где есть ярое выражение огня в виде мысли, в виде подвига, то остальные отзвучат на эти выражения. И те, кто созвучны, те как бы стяжают больше огня. Огонь смотрит: о! им нравится огонь, пойду-ка я им помогу. И они как бы становятся ярче, высвечиваются и стремительнее начинают развиваться, ведь созвучие огню дает развитие. А те, которым не созвучен огонь, и им это не нравится, тех покидает огонь. И он покидает их и как мыслящие существа, и как чувствующие существа, и здоровье, то есть, у людей начинает всё сыпаться, жизнь становится серой, перестает хотеться жить. Вот типичный пример был на днях. К нам летом приходила Танина подруга, ей нравились занятия, то-сё, пятое-десятое, а потом на что-то она обиделась, причем не понятно вообще на что, сама даже толком объяснить не может. И она стала осуждать то, что у нас происходит, причем осуждать всё, всё, что нравилось, всё стала осуждать. В итоге сейчас вот я с Таней разговаривал, спрашивал, как там Марина-то? Говорит:
- Она жить не хочет. Думает о том, как закончить жизнь.
То есть, жизнь покидает человека, его мотивация, человек перестает быть мотивированным. Всё-всё его покинуло.
То есть, существует только огонь на самом деле. И если ты следуешь огню, то даже те ошибки, которые ты совершаешь, они всё равно – огонь так или иначе выправляет. А если ты не следуешь огню, выступаешь против него, то всё в конце концов обрушивается. И в итоге Владыки кармы тоже рассматривают человека с точки зрения огня: следует он ему или нет. И там, где человек следует огню, там даже глупости, которые он совершает, они как бы оправданы. А там, где человек вроде бы даже делает и умно и правильно, но он идет против огня, там карма обрушивается на человека просто. Потому что самая главная цель в жизни человека – это найти огонь и следовать ему, стать огненными, потому что весь Космос есть непрестанный огонь. Всё пространство заполнено пространственным огнем. И человек, со-звуча Космосу и становясь гражданином Космоса, понимает, что жизнь есть огонь. Всё пространство заполнено.

Митя. Всё остальное мусор, да?

Учитель. А всего остального вообще не существует. Вот в чем фишка. То есть, великая действительность есть море огня, но огня разумного. Как «Солярис», помнишь? Особая форма жизни, стремительная, неутомимая, мощная.
Знаешь, когда вот мы прошлый раз шли на Томские стоянки, то здесь утром, я в три утра проснулся. Мы стали собираться, где-то полчаса пособирались и был еще этот Влад из Ульяновска, турист, классный парень. Я ему говорю:
- Надо быть дерзкими, неутомимыми, молодыми, как боги.
Он говорит:
- По-моему, боги они же мудрые, спокойные такие, невозмутимые, старики такие.
Я говорю:
- Может быть, конечно, они и так, но вспомни: архангелов изображают, как юношей молодых, бодхисатв тоже изображают, как молодых достаточно. И насколько я знаю, я знаю насколько, в моём опыте, на внешний вид богам, ну, никак не больше 30-ти, даже меньше, а некоторым и все 16. И чем более высокую фазу богов ты понимаешь, тем более юными они тебе предстают. Елена Рерих описывала, что вообще самое высшее явление Великого Владыки, когда он явился и принес ей меч, которое потрясло её вообще до глубины души настолько, что она чуть чувств не лишилась. Это был мальчик семи или шести лет.

Макс. Она прямо увидела вот это?

Учитель. Да, видела своими глазами. Она была потрясена, то есть, это была очень мощная энергия, которая просто снесла. Поэтому я говорю: надо быть молодыми и дерзкими, как боги. Нужно быть неутомимыми, как молния. Нужно быть дерзающими, как самое дерзновенное явление на земле, поэтому нельзя сидеть, надо быть огнем.

Сара. Но это же надо найти внутри?

Учитель. Это нужно в себе воспитать. Это сродство к огню, и тогда огонь создает лучшие условия для того, чтобы ты мог реализовать свой потенциал и свои замыслы

Сара. А если внутри ничего такого нет?

Учитель. Поэтому я говорю, что первое правило огня – нужно перенимать огонь от того, кто [у кого] есть и быть таким же дерзким таким же стремительным, как он, подражать.

Макс. Подражать, уподобляться.

Учитель. Да, подражание. Но подражание не в смысле плохом, а в смысле хорошему, как уподобление, да.

Сара. А еще такой вот вопрос: а если огонь есть, но он где-то настолько глубоко, далеко.

Учитель. Ну, так откопай. Если огонь самое главное, и он есть, но слабый, что делать? Ну, конечно, раздувать. А что еще, смотреть на него?

Главное, чтоб был огонь, а все остальное…
Знаешь, мне понравилось, как в «Агни йоге» тоже, что ошибки, совершенные во имя прекрасного будущего расцветают цветками смелости, но гашение огня остается островом ужаса. Тоже интересно, в Дневниках Елены Рерих читал, что Великий Владыка рассказывает, что в тонком мире есть люди, которые светоносны, и они ходят и зажигают везде огни, и даже спускаясь в сумрачные и даже темные слои, они стараются везде прикасаться духом своим к окружающим явлениям и зажигать их, чтобы появлялся свет. Так же есть и темные отряды, которые ходят по разным слоям и стараются погасить каждое явление света и даже говорится: сейчас идет великий армагеддон и у нас нет времени заниматься этими отрядами огнетушителей, но настанет время, когда мы с ними разберемся. А если вспомнить, что тонкий мир еще очень сильно на нас влияет, то получается, что если здесь кто-то загорелся, вот он вспыхнул, в человеке какой-то огонь появился, то это значит, что там, в том месте, которое с ним связано в тонком мире кто-то зажег огонь, этот огонь сюда передался. И наоборот, когда человек здесь загорается, то значит там в тонком мире он тоже тем самым зажигает огонь. То есть, миры-то связаны. Очень красиво тоже.

Митя. Да, Христос говорил: вы не можете представить себе ярость темных, которые набрасываются на возгоревшуюся душу.

Аватара пользователя
Тата
Сообщения: 870
Зарегистрирован: Пн ноя 30, 2009 2:46 pm
Откуда: Уймонская долина

Re: 13012101 Огонь.

Сообщение Тата » Сб мар 16, 2013 12:25 pm

продолжение 13012101 Огонь.

Учитель. Есть такая штука. Миры связаны очень сильно.
Я могу сказать, что когда веду занятие какое-то, бывает наступает момент такой как бы нарастающей торжественности, такой вообще потрясающей, просто, знаешь, слова аж чеканные, вокруг как-будто заря встает. Мне это напоминает, как Франциск Ассизский как-то пришел в какой-то монастырь, и там вместо того, чтобы лечь спать, всю ночь молился. Так вот от этого монастыря стал разливаться такой яркий свет, что глубокой ночь пастухи стали поднимать стада, чтоб перейти на новое пастбище, потому что подумали, что уже рассвет, зорька.

Макс. Ничего себе! Даже обычные люди?

Учитель. Да, обычные люди, которые не знали, что он там, увидели это. И в током мире, когда идет очень такое потрясное занятие, так и хочется сказать: свет разгорается. То есть, быть таким светодателем – это очень ценно. Тоже в «Агни йоге» об этом момент есть, что когда Учитель имеет, что дать, у него есть какая-то мысль, а рядом нет ни одного ученика, которому он мог бы передать эту мысль, то пусть он доверит эту мысль пространству. В пространстве всегда найдется кто-то, кто сможет воспринять ценную субстанцию, которую дала мысль.
Знаешь, вот это: «в пространстве всегда найдется тот, кто сможет перенять ценную субстанцию, которую дает мысль». Получается, что мысль высекает из пространства, как кремень высекает искры, так мысль высекает из пространства какую-то ценную субстанцию, настолько важную, что она ценнее всего, и что если ты можешь это совершить, если ты можешь создать такую мысль, которая высечет из пространства эту жизнь, то ты обязан это сделать, и не важно, что даже нет никого кругом, кто бы выслушал эту мысль.

Макс. А проговорить её нужно, да, или просто можно продумать?

Учитель. Продумать – это же ведь мысль. Христос вообще сделал очень здорово. У него была трость, Он всегда ходил с тросточкой, с тоненькой палочкой. Он на нее не опирался, Он просто держал в руках. И когда Он что-то постигал, то Он это записывал, но Он записывал это тростью на песке или даже в воздухе. И описывается в апокрифах, что когда Он водил тростью по воздуху, записывая что-то, создавая какую-то формулу краткую, красивую, то воздух вспыхивал синими и яркими буквами, которые прямо светились в пространстве. И указывается, что на Венере люди так и общаются друг с другом. Они не интернетом пользуются, они пишут в воздухе буквы, и эти буквы несутся сквозь пространство к тому, кому они написаны и встают перед ним. Так вот это на Венере, где очень тонкая материя. Это самая высочайшая планета Солнечной системы. А Христос это делал здесь, на этой Земле, и у Него это получалось. Настолько был огненный Его дух, что он воспламенял материю этого мира, которая к этому огню от обычного человека была не готова. То есть, Он вокруг себя создавал условия совершенного мира. Это вообще потрясающе, и ведь Он это делал не магией, не оккультизмом, Он это делал духом сияющим. Тоже так хочу.

Макс. Просто с тросточкой.

Учитель. Да. Всё большое делается малым, то есть, уподобляться Ему, рождать какие-то мысли потрясающие, сияющие, чтобы они пронзали пространство.

Митя. Я вот у Миларепы читал, когда он уходил в тот мир, там все миры спустились. Во-первых, радуги были вообще по всему, и боги Дакини спустились, их люди начали видеть в то время, когда он уходил, и падали цветы, у меня сейчас мурашки аж, цветы с неба падали. Боги Дакини приветствовали на тех планах его, как победителя вообще. И они настолько в радости пребывали, что они цветы просыпали с тонкого мира. И все в цветах было вокруг. Представляете красотищу?

Учитель. ЗдОрово! Еще Будда говорил о том, что когда святой человек умирает, уходит, то он рождает такое озарение в момент его перехода, что он начинает сиять и светиться и вокруг него как бы на время, на небольшое время, эти миры схлопываются и тот мир становится ощутим другими людьми.
Но необязательно прям просветленный, смотри: Пушкин, когда умирал, его же ранили смертельно. Вот я читал описание. И когда он умирал, была долгая агония, а потом, когда агония закончилась и он умер, и вот в этот момент на его лице отобразилась такая красота. Он стал безумно красив, хотя он, в принципе, был довольно уродлив, был похож на обезьянку. Он стал настолько красив, какой-то внутренний свет просиял сквозь него, что люди аж ахнули, которые его видели. Вот такая штука.

Макс. То есть, он в этот момент как бы настоящим стал, да?

Учитель. Вот хочется все время быть таким настоящим, Макс.

Макс. Да, хочется.)

Учитель. К тому и идем, это наша цель, потому что можно что-то действительно прекрасное создать, если ты сам прекрасен. Ведь же каждый человек, на самом деле, творит вокруг себя в соответствии с самим собою. И можно судить по плодам о человеке. Но ведь, с другой стороны, получается, что если ты сам становишься лучше, то ты можешь и лучшее сделать вокруг себя. Следовательно, если ты хочешь что-то дать этому миру, то сначала изменись сам. Другими словами, можно поставить себе цель: становиться лучше для того, чтобы лучше служить. Поэтому этот вопрос: как быть достойным Христа? Ну, как? Быть лучшим, более лучшим, потому что только так ты можешь принести какие-то сокровища миру. Иначе, какие сокровища могут быть у обычного человека для мира-то?
Я все больше думаю вот о том явлении духа, которое вот Он вокруг себя распространял. Ведь его Учение заключалось не в притчах и не в каких-то формулах. Оно было в явлении духа, которое просачивалось сквозь Него, совершенно новое Учение, которого никто не знал, когда можно духом единым делать всё. Как вот Учитель Мориа писал, что «Мы знали многое. Он же мог всё. Мы занимались покорением малых духов природы, Он же мечом духа разрубал все преграды. И когда узнали об этом, то решили послужить Учению Его». Представляешь, то есть, они, волхвы, а так же Махатмы Шамбалы, все, видя этого молодого человека, видя, что Он постиг Учение духа сам прозрением, они решили все послужить его делу.
Помнишь эту фразу, что как Он сказал пророчество о будущем.
- Вот я начертил два квадрата, поместил между ними пестик и обвел их дугой свода.
В одном квадрате отпечаток руки, в другом ноги. И дальше говорит, что когда процветет заложенный мною пестик и вспыхнет радуга свода, то руками и ногами человеческими будет сложен Храм духа на Земле.
И дальше уже в «Агни йоге» помнишь? «Строители и воители, укрепите ступени», что придут строители строить этот Храм. Ведь же, если так разобраться, то что за пестик, который Он заложил? Это и есть Учение духа, когда люди в героизме, в подвиге каждого дня начинают понимать, как дух просачивается сквозь них, проступает, как дает внутренний свет, когда вообще ничего не важно, и преграды вообще не существуют, когда единство такое, что вот эта вот радуга… А как Он еще сказал: «О, как Ом процветет в сердцах человеческих».

Макс. Так Аум пронзает миры, да?

Учитель. Вот это вот момент, что начинаем понимать, что Учение о духе им заложенное – это и есть вот то самое, что нужно постигать, и что Храм на Земле построенный – это даже не храм, который построен руками и ногами физическими, имеется ввиду, а когда усилиями людей будет достигнуто понимание духа. То есть, вот об этом. И представь себе: весь новый мир, вся будущая цивилизация, которая придет на смену этой вот-вот, ведь она вся будет построена на понимании духа, о духе, на Учении духа. Всё остальное неважно, самость неважна, свое мнение неважно, свои глупости неважны, когда дух начинает тебе говорить, что может быть важнее тогда, как можно ему не подчиниться, как можно не склонить голову перед ним?
Ой, тут вообще, как-то с Дашкой у нас была беседа в скайпе, кстати. Интересный был такой момент. Она пишет, что я понимаю, что мне не хватает чего-то важного, что самость поднимает голову. Я говорю:
- Даш, не хватает смирения.
Она говорит:
- А как ты? Откуда у тебя смирение?
Я ей тогда ответил чистую правду, говорю:
- Даш, я каждую секунду жизни нахожусь в преклонении головы перед своим Учителем.
То есть, нет ни секунды такой, чтобы я не ощущал вот именно вот этого внутреннего состояния преклоненности. Но это не рабское склонение, а это понимание величия мироздания, величия Иерархии, величия того, кто помогает мне.

Макс. В мудрости и радости.

Учитель. Да, это всегда ощущение его мудрости, его величия и, как следствие, правильное отношение к этой мудрости и к этому величию, как склонение головы. Из этого проистекает смирение.

Макс. Получается: этим моментом ты живешь.

Учитель. Да. Это есть основа жизни. Если этого смирения внутри нет, то всё остальное наперекосяк. И ведь я не сразу к этому пришел. Многие годы жизни не было смирения и было глупости много. Знаешь, как в «Агнийоге»: когда враги обступают со всех сторон, то единственное, куда ты можешь обратить свой взгляд – это наверх за помощью.

Митя. Как ты в себе смирение так вырабатывал?

Учитель. Да было очень хреново в жизни, настолько, что, знаешь, когда наступал очередной момент отчаяния, то просто:
- Учитель, ну когда же это закончится, мамочки родные?!

Митя. То есть, много было всего?

Учитель. Да, была очень тяжелая жизнь, очень, причем, знаешь, такая отчаянно тяжелая, очень много всего было. И в итоге, я научился понимать, что только обращаясь к Учителю, и получая от него какую-то улыбку, после этого приходят какие-то перемены хорошие в жизни. То есть, хрень заканчивается не когда я с ней сражаюсь, борюсь, а когда к Учителю правильно обращаешься. Я тогда, знаешь, как у собаки Павлова на лампочку выделяется желудочный сок, так и у меня, когда много раз происходило так, что обращаешься к Учителю, и хрень рассасывается, так, знаешь, уже на уровне безусловного рефлекса такого, что надо вообще от Учителя не отлипать, такое: прилепиться к телу господню и не отходить от него. Вот так вот.

Ирина. А потом эти обращения как снежный ком идут.

Учитель. Они становятся вообще фоном, как музыка всё время.

Ирина. И ты уже просто всегда как бы с Учителем, ну, выпадаешь в какие-то моменты, но ты понимаешь, что как бы без Учителя вообще твоя жизнь, она – её нету, её не существует.

Учитель. Да, её не существует. Говорю, кроме Огня вообще нет ничего в пространстве, и обращение к Учителю есть Огонь, есть форма преклонения перед Огнем, форма проявления Огня. И Огню это нравится. Но просто это надо делать правильно, это надо делать с очень глубокой верой, не потому, что ты там так считаешь или еще чего-то, а потому что ты многократно убедился в этом. Вот знаешь, как-то с Аней, которая с Комсомольска-на Амуре разговаривали. Вот она говорит, что ну, да, практики – это хорошо, там обращения, молитвы – замечательно, но пока на Делоне не попали, ни хрена не поняли вообще. То есть, только там ты начинаешь понимать, там – на Делоне, что всё, что ты до этого понимал, было поверхностно и мелко, а только здесь ты начинаешь прикасаться к настоящему пониманию.

Макс. По-естеству.

Учитель.
- Только здесь,- говорит,- прошибло.
Она говорит:
- Когда вот ты всё это делал, вот нас звал там, мы понимали, что по идее, что нужно идти. Мы понимали, что безумие, но идти надо. Но когда мы пришли наверх туда, освоились и стали вообще понимать, что происходит, то только здесь мы поняли, что, во-первых, мы тебя вообще настоящим не знали, потому что только сейчас стали тебя знать настоящим. Мы вообще не понимали, оказывается, зачем ты это делаешь, потому что только сейчас мы стали понимать, по-настоящему прикасаться к тому, что ты делаешь. И всё это на уровне убежденности, то есть, мы сами убедились в этом во всём.
Так она рассказывает: они обратно ехали на поезде из Москвы к себе в Анапу, и ехали сидельцы, были с ними, и они постоянно бухали, кололись и по-понятиям разговаривали. Так вот, она говорит, при этом всё это совершенно не нарушало их внутреннего спокойствия. Говорит, была такая благодать, в которой купалась. И когда с верхней полки какой-то сиделец все-таки свалился на них, она его поймала на руки. Он на неё хотел с кулаками наброситься
- Посмотрел, - говорит, - мне в глаза, и стал креститься и говорить:
- Прости меня Христа ради.
Говорит:
- Потому что внутри такая благодать была.
То есть, даже его это прошибло. И она говорит:
- Именно вот к этой благодати научились прикасаться там на Делоне. То есть, до этого это всё было умозрительно. Это были мы – люди, которые от тебя слышат о чем-то важном, понимают, что это важно, и всё. А здесь, на Делоне, мы пропитались этим важным, мы стали этим важным. Мы стали его нести в себе.

Макс. Так оно разворачиваться продолжает все больше и больше изнутри, вот это настоящее, которое коснулось.

Митя. Такое впечатление, как-будто в тебя вот эти, пачку законов таких незыблемых запихнули Истины, даже не знаю, вихрь, ураган законов каких-то вошел таких.

Учитель. Изменения очень серьезные у всех, да.
С Сашей Ивановым разговаривали. Он, когда вернулся, у него мгновенно за ближайшие там несколько дней прошли серьезные перемены в жизни к хорошему. Я говорю:
- Сань, то, что ты перетерпел, оно того стоило, чтоб эти перемены произошли?
Он говорит:
- Да, хочу еще.
То есть, все-таки вот это вот: зимняя Белуха, это пребывание на Делоне в этой чистоте осознанно.
Вчера шел тоже думал, мысль такая: когда люди попадают в горы, их колбасит, когда люди просто в долинах там со мной чуть-чуть трутся, то их тоже колбасит. А когда люди со мной попадают в горы, их колбасит по-взрослому, очень переколбашивает, как усилитель такой.
Белка, но там суровая реальность на самом деле, и жить в пещере, знаешь, оно совсем не сладко.

Лена. Я поняла, вообще не представляю, как это.

Митя. Представлять не надо. Берешь лопату, роешь пещеру и влазишь туда и уже представлений никаких нет, тебе уже хорошо.

Учитель. На улице есть туалет, туалет где-то в 30 метрах от входа в пещеру.

Митя. Туалет тоже роешь сама.

Учитель. Так вот, если на улице идет сильная пурга, то дойти до туалета – это подвиг, потому что ветер такой, что просто подбрасывает и отшвыривает.

Митя. Мы жили осознанно 5 дней, почти 6 и в полной осознанности там пребывали.

Учитель. Вот я там очень хорошо понял, почему монастыри в Тибете делают на такой большой высоте больше трех с половиной, за пять тысяч вообще. Чем выше, тем лучше, да потому что там совсем другие условия, там нервные центры по-другому работают, там психика по-другому перестраивается вообще, как будто другой мир. Всё другое.

Ответить

Вернуться в «Переведенные в текст аудиофайлы Занятий в Сангха»