"Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Статьи и беседы из/в других форумах. Тематические подборки из Учения, статьи об Основах Учения и т.п.

Модератор: Sophia

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

"Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:03 pm

Всё описанное здесь - правда.
Глава 1
Шигацзе, 1741
Мой первый урок - и одновременно испытание - ничем, в принципе, не отличался от того, как его проходил мой старший брат два года назад (он успешно завалил его, был признан негодным для занятий буддизмом; старый Лама наотрез отказался его учить, заявив, что такого бездаря ещё поискать) и от того, как проходили испытания все желающие стать упасака при монастыре Таши-Лум-по вот уже сотни лет.
Урок-испытание был прост, вместе с тем, мало кто мог пройти его, но лишь осиливший его мог быть зачислен в качестве слушателя.
Старик Лама Кагчен-Дьянг-мо провёл меня вдоль фестивальной стены, сзади храма Будды, и мы вошли в малозаметную непримечательную дверь, теряющуюся в массиве огромного, пятидесяти футов высоты, здания.
Внутри царил сумрак и прохлада, несмотря на летнюю жару и слепящее солнце снаружи.
Глаза не сразу привыкли к темноте, пока мы шли по коридору, уходящему куда-то в сторону и вглубь.
Шагов через тридцать старик открыл дверь, и мы вошли в помещение без окон, квадратное, не более двадцати футов в поперечнике. Одна стена его представляла собой лист меди, натёртый до блеска и даже, как мне показалось в свете тусклой масляной лампы, зеркальный, чего я никогда в жизни не видел. Чтобы так натереть медь, требуется очень много усилий, и хватает этих трудов ненадолго: медь быстро тускнеет и теряет свой блеск.
И, тем не менее, это было именно зеркало. Может быть, не из меди, а из сплава, почти во всю стену, высотой восемь футов… Я был удивлен, что в никому неизвестном помещении, куда мало кто знает ход, хранится такая ценность, да и зачем? Я привык к тому, что ценности существуют, чтобы удивлять и поражать, но для этого они должны быть на виду, а не спрятаны в глубине и под замком…
А между тем старик начал приготовления.
Он зажёг несколько ламп, достал тряпку и протёр зеркало от пыли, хотя пыли я и не заметил, – зеркало было идеально отполировано и блестело после протирания так же, как и до него.
Затем старик велел мне достать из угла два странных стеклянных таза.
Он поставил их перед зеркалом и в каждый установил треногую табуретку.
Когда это было проделано, он сказал:
- Ньянг-мо, ты должен сидеть и смотреть в это зеркало. Если что в нём увидишь – сразу говори мне.
Я кивнул, отвечать мне мешал ком в горле, ставший там от волнения сразу после того, как я понял, что это всё очень серьёзно и, быть может, определит мою дальнейшую жизнь.
Старик поместил над моим теменем какой-то предмет на верёвочке, сел на другую табуретку и затих.
В комнате воцарилась тишина. Я стал пристально вглядываться в зеркало, рассматривая глупое выражение своего лица, меняющееся каждую секунду из-за плясок теней от пламени нещадно чадивших старых масляных ламп.
Так мы сидели довольно долго, загадочный предмет над моей головой, казалось, хотел вытянуть из меня нечто – может быть, что-то ненужное? От него в голове, внутри черепной коробки, что-то медленно вращалось, перед глазами бегали искорки, и выражение моего лица от этого становилось ещё глупее, что мне ни капельки не нравилось, но я ничего не мог с собой поделать – такой уж, какой есть…
И вот когда мне всё это уже порядком надоело и я захотел сказать старику, что я такой же неудачник, как и мой брат, вдруг что-то неуловимо изменилось. Я не сразу понял что. Это было какое-то движение, замеченное мною краем глаза, но не в той стороне, где сидел старик Лама, а в другой. Это не были крысы, так как было очень тихо и я услышал бы их перемещение. Это были не живые создания - те, кто привлёк моё внимание.
Как бы краем глаза я заметил движение … в зеркале, и это не имело никакого отношения к тому, что находилось в комнате.
Я повернул голову туда, где видел нечто необычное, и в тот же момент движение было уже в другом конце зеркала, от которого я только что отвернулся. Я повернул голову туда, но движение опять осталось за границами фокуса моего зрения: нечто как бы присутствовало в зеркале, но упорно не желало быть узнанным и опознанным.
Я, как идиот, стал крутить головой и вращать глазами, стараясь уловить, что именно происходило там, где я никак не мог ухватить суть движения.
Старик смотрел на меня, казалось, с пониманием, и от этого немого свидетельства моей глупости мне было ещё больше не по себе: как если бы я был уличён в невежестве, а мой учитель ожидал, когда я выявлю глупость ещё большую, чтобы выгнать меня - не просто как всех, а с треском, с грохотом и с позором. От этой мысли я весь покрылся испариной, спина под рубашкой зачесалась, как раз там, где и почесать-то толком нельзя, а движение на периферии моего зрения стало приобретать вполне реальные очертания. И эта двойственность – необычность моего положения, неудобство в спине и глупые мысли - стала четче оттенять картину, проступающую как бы сквозь зеркало, а не на его поверхности; Именно поэтому то, что я увидел в нём, стало казаться мне чем-то нереальным, придуманным и ненастоящим - так мы воспринимаем уже ушедший сон, смакуя подробности того, что никогда не было нашим достоянием, но к чему мы прикоснулись, благодаря шуткам дакинь…

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:03 pm

Шигацзе, 1741
Я стал видеть синее небо, незнакомые горы, квадраты полей на склонах, расположенные уступами, - совсем как в наших краях, небольшую деревню. Людей не было видно, и только одинокий буйвол с мальчиком спокойно бороздили поле.
Эта картина была видна мне как бы с высоты птичьего полёта и стала уже настолько чёткой, что я мог рассмотреть в зеркале, как в окне, все подробности: сколько лоскутов полей обняли склоны, сколько домов в деревне, какая утварь во дворах…
Я повернул голову к Ламе:
- Кагчен-Дьянг-мо, я вижу какие-то поля, деревню, горы и мальчика с буйволом, вспахивающим землю. Но ... дома у них какие-то странные, я никогда таких не видел. Их крыши не плоские, как у нас, а со скатами, с наклоном и покрыты не то тростником, не то ветками. Видно, люди живут побогаче нас… только вот людей не видать... Что это, Учитель?
- Ньянг-мо, смотри дальше и рассказывай, что видишь. Я не просил тебя задавать вопросы, не отвлекайся.
Атланты высыпали из вимана быстро, и за несколько минут деревня была окружена, так что никто не смог бы из неё вырваться… если бы там кто-то был. Но там никого не было.
Атланты были в среднем в два раза выше ариев, и коньки крыш приходились им как раз на уровень глаз.
Крокс и его соплеменники в ярости стали поднимать крыши с домов, разбрасывая солому и обрушивая жерди оснований крыш, но это не помогло им найти ни единого человека – вообще никого.
Очаги и трубы были ещё горячие… Ясно было: люди убежали только что, а раз так, то они могли позвать на помощь, что было уже опасно.
Одно дело - кидать в сеть беспомощных, оглушённых людей, и совсем другое – встретиться с организованной вооружённой группой. К тому же никто не знает, как и почему пропали вечные конкуренты Крокса. Может быть, и они также вошли в пустую деревню и не смогли одолеть засаду… Громкий гортанный крик Крокса заставил всех бегом броситься к кораблю. Через несколько мгновений виман уже набрал высоту.
И тут внимание кормчего привлекла одинокая фигура буйвола, который вместе с мальчиком, как ни в чём не бывало, проводил тонкие нитки борозд на молодом весеннем поле.
Кормчий посмотрел на Крокса, а в его глазах читалось: «Должны же мы узнать, в чём тут дело и нет ли у ариев тайн, охраны или ещё чего…» Крокс кивнул утвердительно - и вот уже виман, опустившись почти вровень с землёй, стал приближаться к ничего не подозревающему мальчишке.
Всё произошло слишком быстро, и малыш даже не успел понять, что с ним произошло: прямо с небес на него упала тяжёлая рыбацкая сеть, и, как маленькую барахтающуюся рыбёшку, чьи-то сильные руки втянули его наверх, в комнату, наполненную незнакомыми людьми и запахами. Но ни тени запаха рыбы не было там – только страх, запах страха. Казалось, страх жил в этом помещении…

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:04 pm

Шигацзе, 1741
Странная чёрная большая лодка без мачты вдруг пролетела довольно быстро от деревни к полю.
Из неё скинули сеть точно на мальчика.
У меня перехватило дыхание. У меня бред? С каких это пор лодки стали летать, и почему она такая объемная, почти круглая, и почему чёрная, и почему такая большая? Мальчик и буйвол на её фоне были совсем крошечные, почти игрушечные, а люди на этой лодке – десятка три – огромные, гораздо больше буйвола… Нет, такого просто не может быть!
Я стал сбивчиво рассказывать Учителю, что увидел, перемешивая описание картины с описанием своих сомнений. Он слушал меня молча и, когда в моих речах уже не осталось слов описания, а остались одни только вопросы и волнение, , прервал меня резко и просто:
- Замолчи, Ньянг-мо, от твоей суеты даже воздух стал будоражиться и требовать ответа от меня. Откуда мне знать, что ты видел? Мне важно, что ты что-то увидел, а что – это уже не так и важно. Завтра в это же время приходи, продолжим, а пока что не тревожь меня своими криками: я слишком стар, чтобы вникать…
Вот Благословенный Ниг-лунг Римпоче пусть решает, что тебе ответить и как трактовать твои видения… Я выполняю свою часть работы, он – свою, и нечего требовать от меня ответов, которых я не знаю. Не моё это дело - смотреть, что там у вас возникает в Зеркале Правды…
Так, ворча, он вывел меня на улицу и, не глядя на меня, как бы забыв вообще о моём существовании, пошёл по своим делам.
Я был ошарашен и сбит с толку.
Летающий корабль… Огромные люди, которые ловят мальчика сетью, как рыбу… Незнакомые горы и странные крыши… Всё это будило во мне множество вопросов, главный из которых – почему я увидел именно это, а не что-то иное?
То, что я хоть что-то увидел, уже само по себе было здорово – значит, я не безнадёжен и смогу обучаться в великом монастыре, слава о котором идёт не только в Тибете, но и в Индии, в Китае, откуда к нам каждый год приходят паломники, как только открываются перевалы.
Но увиденное так сильно потрясло меня, что ни о чём другом в тот день я думать не мог. Вопросы занимали мой ум весь остаток дня и часть ночи, и, когда на следующее утро я пришёл к заветной двери, я был весь как вопросительный знак. Это состояние читалось не только на моём лице, но, видимо, и во всей моей фигуре - так что даже подслеповатый старик Лама, ещё издалека увидев меня, понял, что меня лучше вести не к зеркалу, а к уважаемому Ниг-лунг Римпоче. Что толку от смущённого ума перед Зеркалом Правды?

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:05 pm

Шигацзе, 1741
Старик Лама Кагчен-Дьянг-мо из монастыря Таши-Лум-по был известен всей округе не потому, что был самый учёный, или самый старый, или самый… ну, в общем, главный среди служителей монастыря. Вовсе нет - он был далеко не самый лучший, и не самый прозорливый, и не самый старый. Но именно он приводил молодых тибетцев к Зеркалу Правды и пристально следил, что за способности откроет в них Зеркало.
Способных было немного, и оттого простые люди думали, что старик очень суров: он гораздо чаще отправлял назад претендентов, чем их принимали в монастырские стены – уже навсегда.
Мало кто понимал, что не сам старик решает , кто останется, а кто – нет.
Побывав у Зеркала Правды, я стал понимать: сам человек является носителем того, что позволит оставить его в монастыре; старый Лама лишь присутствует при таинстве пробуждения скрытого от глаз профанов – сущности человека.
Я долго ждал его, он всё не приходил, а я, набравшись терпения, стал кидать маленькие камешки в стоящий на возвышении небольшой камень, развлекая себя таким немудрёным способом.
Мысли о вчерашнем видении не покидали меня:
- Что это за лодка такая летающая? Я и никто из моих знакомых никогда ни о чём подобном не слышали…
Или это было не настоящее? А тогда что? Будущее? Неужели нас, как зверьков, будут вылавливать сетями великаны, а мы будем убегать и скрываться по ущельям?
Или это прошлое? Но тогда какое отношение оно имеет ко мне?
Солнце приблизилось к зениту, когда появился Лама.
Вместо того чтобы вести меня во вчерашнюю потаенную комнату, он молча повёл меня в Храм Цзон-Ка-Пы.
Обогнув статую великого реформатора (кстати, основавшего три столетия назад этот монастырь, самый большой и известный во всём Тибете), мы через неприметную боковую дверь прошли в коридор, оттуда – по лестнице на второй этаж и также в полутьме подошли к двери.
Лама осторожно постучал и, не дожидаясь ответа (видимо, нас ждали), толкнул дверь.
Мы вошли.
Это была небольшая комната, принадлежавшая тому самому Ниг-лунг Римпоче, который, действительно, был и учёным, и знаменитым и который вызывал восхищение у всех местных жителей - так он был благороден и образован.
Мальчишки хотели быть похожими на Него и даже пытались копировать его манеры и жесты, походку и мимику.
«Вот они обзавидуются, когда расскажу им, что сам Великий Ниг-лунг Римпоче пригласил меня на беседу!» - подумал я с восторгом.
А между тем мы присели на небольшие циновки, и тут же из соседней комнаты вошёл Благословенный Ниг-лунг Римпоче.
У меня перехватило дыхание, в почтении я склонился к самому полу и сидел так, пока рука Благословенного не коснулась меня ласково, как бы приглашая распрямиться и начать то, ради чего мы пришли, – беседовать.
Я подумал, что в склонённом положении, почти касаясь лбом пола, я чувствую себя не совсем удобно; но понимал: перед Великим человеком нужно сидеть или стоять в поклоне, выражая таким образом уважение. Я чувствовал, что занимаю именно то место и выбрал именно ту позу, которые приличествуют моменту.
Сидя же с прямой спиной, я мысленно постоянно возвращался к словам, услышанным здесь же, в монастыре, на вечерней проповеди: «От того, как человек почитает Бодхисаттву, зависит то, как Бодхисаттва отнесётся к человеку. Чем полнее почитание и искренни обращения, тем благосклоннее Он…»
Больше всего в жизни мне хотелось сейчас, чтобы этот святой человек не отверг меня и отнёсся ко мне благосклонно; но почитание в моём представлении с самого детства было связано с глубоким поклоном, потому желание кланяться не проходило, хотя по взгляду Римпоче я понял, что это лишнее: время кланяться прошло, настало время Беседы.

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:05 pm

Шигацзе, 1741
Благословенный смотрел мне в глаза, и взгляд его как бы излучал нечто такое, от чего сердце моё трепетало в торжественности и замирало в ожидании чего-то чудесного.
Взгляд Римпоче был необыкновенный. Он смотрел на меня всего несколько мгновений, но за это короткое время мне показалось, что вся душа моя была омыта совсем иными потоками благодати, чем мы знаем.
Душа моя плакала от счастья, я же сидел как истукан и не мог оторваться от этих лучистых глаз, из которых струилась неземная благодать. Он был очень необычным человеком - Ниг-лунг Римпоче, и каждый, кому довелось хотя бы раз в жизни пересечься с ним, уже не мог забыть этого человека – такой свежестью и чистотой веяло от него. Скромный и, вместе с тем, величественный – такое сочетание в одном человеке поражало.
- Не бойся, Ньянг-мо, ты не можешь знать, почему видел мальчика и странный корабль.
Его слова вызвали странную реакцию в моём организме – я вдруг стал сотрясаться от рыданий, из глаз моих хлынули слёзы, я ревел, как малыш, и не знал почему. Душа моя надрывалась в плаче, и, вместе с тем, мне было страшно неловко. Вот Великий человек пригласил меня для Беседы, а я, как ребенок, рыдаю… И почему? Не знаю.
Когда слёзы иссякли и рыдания уже не сотрясали меня, Римпоче ласково погладил меня по голове.
- Ты видел своё прошлое, малыш, и дух твой, зная это, оплакивал те дни. Это были дни больших страданий и лишений…
Я почти успокоился, стыдливо вытирая рукавом слёзы и сопли, старик Лама сидел как статуя, а Римпоче ласково смотрел на меня:
- Сейчас ты пойдёшь с наставником в ту же комнату и начнёшь тренироваться. Важно научиться не просто видеть, как зритель, но понимать внутренний смысл происходящего. Как изображение приносит смыслы глазу, так же понимание того, что происходит, каков смысл происходящего, должно родиться в душе: без этого понимания невозможно продвинуться далее.
Я был безмерно благодарен этому человеку за его сердечность и ласку, за его слова и, более всего, – за совет. Теперь я точно знал, что мне делать. Я страстно возжелал отблагодарить моего благодетеля за его хорошее ко мне отношение, а как это сделать, подсказал мне он сам – выполнять его наставления так, как если бы это были приказы самого Великого Ригдена, Владыки Шамбалы.
Я опять поклонился, посмотрел с призывом на старика Ламу, встал и, ещё раз поклонившись, пролепетал:
- О Благословенный, я сделаю всё, как ты сказал… И я буду очень стараться…
Слёзы опять выступили на моих глазах, но это были слезы благодарности, и никто не осудил бы меня за это проявление святых и чистых эмоций – в этом я был уверен.
Я снова замер, как истукан, и стоял так, пока старый Лама поднимался, отряхивал складки своей одежды, разворачивался и степенно шёл ко мне. Время текло медленно, как густой кисель. Всё казалось нереальным, странно плавным и неторопливым на фоне пролетающих молниями в моей голове мыслей и чувств.
Мы вышли в коридор. Только здесь я смог расслабиться. Радость, ликование наполняли мою грудь. Я мог служить Великому Римпоче! Что может быть прекраснее на свете?! Да я бы жизнь отдал, лишь бы ещё раз услышать хотя бы слово от Него! А тут – я могу выполнить Его Указ!!!
Старик еле шаркал, я же, не имея возможности подгонять его, чуть ли не приплясывал на месте от нетерпения - так желало всё моё существо исполнения Указа.
Мне показалось, что прошла вечность, прежде чем мы добрались до комнаты с Зеркалом Правды. Не дожидаясь указаний Ламы, я быстро установил странные стеклянные тазы и табуретки. Сел под кусок магнита (это был он) и приготовился смотреть и, главное, понимать, как сказал мне трижды Благословенный Римпоче.

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:06 pm

Тибет, 1741. Шигацзе.
Старик Лама Кагчен-Дьянг-мо заговорил:
- Ты должен научиться понимать смысл небесных видений. Сейчас я буду показывать тебе видения, и ты должен будешь не просто увидеть их, но – понять, какие из них настоящие, а какие – лишь волнующиеся волны Майи.
- Но как я узнаю?
Я понимал, что выполнить данное поручение не так уж просто, и от волнения пот стал выступать на моём лбу и каплями стекать на ресницы.
Старик ухмыльнулся:
- Всё-то вы, молодые, хотите знать заранее… Смотри в зеркало, растяпа.
Я понял, что ничего не понял, но принялся усердно рассматривать в зеркале своё отражение.
На этот раз всё произошло куда как мощнее, чем в первый раз.
Видение вдруг наполнило всё пустое зеркало, и казалось, что нет ни одного кусочка меди, в котором не было бы изображения. Вглядываясь в детали, я совсем забыл, что сижу в тёмноте и тусклый свет ламп не позволяет рассмотреть тёмные углы комнаты. Нет, комната была наполнена светом, исходившим от появившейся картины. Я рассматривал ее всю - по частям и целиком, поражаясь тому, что столько лет живу на свете, а о таком чуде даже и не слышал, не предполагал, что можно так вот просто видеть то, чего нет перед тобой, но, что, тем не менее, есть…
Передо мной появилось странное сооружение.
Три слона стояли на панцире огромной черепахи, а на их спинах лежала Земля. Плоская. Горы, величественные Гималаи, были в центре, а океаны по краям. Океаны источали воду, и она хлипкими водопадами капала мимо огромных хоботов и черепахи в море, по которому плавала эта черепаха. То море, где плавала она, было частью Земли, которая, как и положено, находилась на спинах трёх слонов, а те, в свою очередь, – на спине черепахи; и вновь небольшими струями-водопадами те моря стекали вниз, и радуга пробивала эти слабые потоки воды, более похожие на испарения со спин слонов, устало несущих свой тяжкий груз.
Эта грандиозная и одновременно забавная комбинация из животных и ландшафтов упиралась в небо и, вместе с тем, уходила далеко под ноги, теряясь в дымке-тумане, - не было видно ни конца ни края.
Я был столь увлечён этим видом, что почти забыл о совете Благословенного, а именно - понимать то, что вижу. Я стал вдумываться: что же я вижу? Устройство нашего мира? Но если так, то почему священный трепет от Открытия не пронзает всё моё существо? Где радость Открытия? Я так давно мечтал увидеть дальние края и земли, и вот, когда я наконец увидел, узнал, как устроен мир и как выглядят эти земли, то – что? Где восторг и счастье? Они должны быть, я в этом не сомневался никогда: тяга к знаниям и открытиям всегда была моей второй натурой, и, делая маленькие открытия в своей жизни, я весь превращался в восторг и ликование, а сейчас – ничего…
Я обернулся к Ламе и с недоумением произнёс: «Это не настоящее… Покажи мне настоящее, а?»
Наверное, я оказался прав и в моих глазах было столь много искренней мольбы, что старик улыбнулся, кивнул - и в ту же секунду изображение подёрнулось дымкой, задрожало и исчезло, а на место ему пришло удивительнейшее изображение огромного города.

Странные купола огромных Храмов, многоэтажные дома, висячие сады, широкие проспекты, огромные базары, зелень деревьев, и разноцветье цветов и халатов, и солнце, солнце, солнце, и птицы… Вот тут-то восторг и накатил на меня, как огромная волна, захватив меня, как ветер сухую листву. И я потерял счёт времени, рассматривая этот удивительный город, стоящий, казалось бы, среди песков пустыни и, тем не менее, процветающий так, что даже слова трудно подобрать для того, чтобы описать это великолепие жизни и красок…
Я обернулся к старику, и всё было написано на моём лице: слёзы восторга готовы были брызнуть из глаз, как водопады, но их сдерживало желание рассмотреть подробнее этот город.
Старик улыбнулся, кивнул и ничего не сказал, дав мне возможность ещё посмотреть на эту удивительную картину жизни…

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:07 pm

Шигацзе, 1741
На следующее утро я пришёл к заветной двери, после недолгого ожидания появился старик Лама.
Он опять повёл меня не в комнату с Зеркалом Правды, а к Ниг-лунг Римпоче.
Сердце моё тут же наполнилось радостью от предстоящей встречи.
Благословенный стал для меня чем-то очень важным в жизни, он занял в ней то место, которое люди оставляют для самого святого и чистого, для самого возвышенного – для того, чему поклоняются и о чем проливают священные слёзы; чему молятся и к чему обращаются в минуты глубочайшего счастья и несчастья, доверяя самые главные тайны; кого просят о прощении за проступки, в глубине сердца будучи глубоко убеждёнными, что если попросить искренне и честно, то прощение непременно будет даровано, – так я стал относиться к Римпоче, и каждое ожидание встречи заставляло моё сердце бешено колотиться от счастья и волнения.
Так и сейчас, поднимаясь по старым деревянным ступеням, я думал о том, какое это счастье – знать Римпоче лично и общаться с Ним. Я вспоминал слова, что Он сказал мне, и Его прикосновение…
Мы вошли в его комнату, он читал, сидя вполоборота к входу.
Мы сели на циновки у двери.
Улыбнувшись нам, он отложил свиток, которому на вид было несколько сотен лет – так он был стар, – и сразу заговорил:
- Основной цели ты достиг, поздравляю. Ты сам уже понял, что смог отличить видение неверное от верного. Это – главное испытание для претендентов на ученичество. То, что ты смог, показывает, что в тебе есть необходимое зерно, без которого обучение невозможно. Почему – поймёшь позже.
Он встал и, скрестив руки на груди, закрыл глаза. Старик Лама положил руку мне на плечо и легонько надавил, давая понять, что я должен склониться.
Сидя на коленях, я склонился так, что видел только старые вытертые половицы, и тут же Римпоче произнёс:
- Во имя Благословенного Татхагатты, Шанкьямуни Гоатамы Будды, я беру этого молодого Ньянг-мо себе в ученики на испытание. Встань, упасака.
В глазах у меня потемнело от волнения, я встал, но колени мои задрожали.
- Отныне ты принят и можешь стоять прямо перед своим Гуру, ты заслужил это право.
Голос его был торжественен и, вместе с тем, ласков. Я не знал, что мне и думать, только чувство огромной благодарности к этому великому человеку переполняло меня. Мне казалось, что ради него я готов на всё.
Видя, что я переполнен чувствами, мой Гуру не стал меня задерживать, знаком предложил старику Ламе подняться и идти вместе со мной.
Вот так легко и буднично, без всяких ритуалов и пышно обставленных Посвящений, я прошёл Испытание и стал учеником у самого уважаемого в этих местах Гуру.
Я по-прежнему жил дома, со своими родителями, братьями и сёстрами, здесь же, где и родился, – в нашем доме в Шигацзе, недалеко от монастырских стен, и каждое утро приходил к заветной двери, ведущей в потаённую комнату с Зеркалом Правды, а вечером уходил домой. Ученик в миру, упасака, - так теперь звали меня все, даже домашние.
Родители стали мною гордиться: стать учеником такого уважаемого Учителя в городе, где монастырь занимал площадь большую, чем весь остальной город, было большой честью не только для меня, но и для семьи, которой я принадлежал. И даже соседи стали уважительно раскланиваться перед моими родителями при встрече, а те, гордо прохаживаясь по улицам и рынку, с важным видом рассказывали, что они всегда верили в меня и знали, что я стану великим человеком. Конечно же, это была не совсем правда, меня частенько называли балбесом и чаще кормили подзатыльниками, чем сладостями, но это было в прошлом и мало кого интересовало.
Друзья и родственники стали слегка кланяться при встрече со мною, лучшая пища за общим столом накладывалась сначала в мою чашку, но меня это мало заботило: я был увлечён обучением, которое занимало теперь весь мой внутренний мир.
Теперь Зеркало Правды рассказывало о временах давно минувших, а старый Лама, который, видно, уже в сотый раз всё это показывал и комментировал, без особого интереса смотрел на меня.
Зато я с великим любопытством впитывал всё, что видел.
А видел я много такого, о чём даже и рассказать своим родным нельзя было. Нет, мне никто не запрещал, но как объяснить то, чему веришь с трудом, даже когда видишь? Как найти слова для того, что было миллионы лет назад и названия для чего нет в человеческом языке?
Иногда к Зеркалу приходил Гуру, и тогда я узнавал самое интересное, самое захватывающее.
Благословенный раскрывал мне те тонкости значений событий и смыслов, которые ускользали от моего внимания из-за грубости и нетренированности моего восприятия. Я начинал понимать, что главное – это не видеть. Главное – это понимать внутренний смысл.
Вот, например, идут два человека и о чём-то говорят.
На какую тему они общаются? Может быть, эти два простолюдина обсуждают цены на зерно; а может, два купца обсуждают выгодную сделку; а может быть, это злодеи задумали кого-то убить – как распознать? Именно эту способность распознавания старался воспитать во мне мой Учитель с самых первых наших встреч; только она была важна, как я осознал теперь, – и старался изо всех сил.
Постепенно я понял, как это происходит. Учитель несколько раз касался моего лба рукой, замирал, и я вдруг начинал понимать, как это надо делать.
Вглядываешься, останавливаешь поток мысли и ждёшь. Постепенно смыслы начинают проступать на поверхности ума и ты начинаешь просто знать без всяких объяснений. Просто знать.
Под рукой Учителя делать это было просто: как если бы ты всегда это умел. Учитель прикосновением передавал мне часть своего опыта, знаний и умений. Но потом самостоятельно повторить это было сложнее. На следующий день остатки Его умений еще оставались во мне, но спустя три-четыре дня их уже не было, и я приходил к нему с виноватым видом, прося о прикосновении, и он с улыбкой снова давал мне силу Знать.
После четвёртого раза я с трудом, но уже мог останавливать поток мыслей, и истинные смыслы появлялись в моём сознании сами, без помощи Учителя.
Учитель говорил:
- Постепенно ты научишься знать, сколько перьев на теле пролетающего в небе орла, каковы возраст и история камней, по которым ступает твоя нога, каковы мысли и характеры окружающих тебя людей, - всё это будет как открытый свиток для тебя: стоит тебе только остановить поток мыслей, сосредоточиться на исследуемом объекте, как он сам начнёт молча рассказывать тебе всё о себе. Для истинно Познавшего в этом мире нет Тайн…

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:08 pm

Тибет, Шигацзе, 1741.
Утро занималось туманной дымкой, и всё говорило о том, что день будет жаркий. Трава уже была выжжена солнцем до белесого состояния, и в обеденное время все искали убежища в тени. Но благословенным утром ещё не было этого палящего зноя, и молодой упасака самого уважаемого Учителя Шигацзе с радостным сердцем быстро шёл в монастырь Таши-Лум-По за знаниями.
Только первую неделю старик Лама присутствовал вместе с ним у Зеркала Правды. К исходу недели Благословенный Римпоче выдал ключи от потаённой комнаты своему молодому ученику и, коротко сказав: «Теперь ты сам», быстро удалился по неотложным делам.
И вот уже месяц подходил к завершению, и вопросы множились, как снежный ком.
Почему погибли первые творения Земли , а всё живое, даже морские водоросли первых форм жизни, были уничтожены палящими лучами солнца? Почему Сыны Света избирали одних и не избирали других для вмещения Разума? Почему Главой планеты стал не самый высший из Кумар? Почему Учитель оставляет его, упасаку, одного перед всем этим Знанием и не удосуживается ничего ему пояснять по мере постижения событий былых времён?
Уже несколько дней у Ньянг-мо было сильное желание встретиться с Учителем, он хотел внимать Его благим наставлениям, и спрашивать, и узнавать, и снова спрашивать… Но Учителя не было ни в монастыре, ни в городе – его вообще нигде не было, и никто не знал, когда и куда он ушёл и когда вернётся. Такие исчезновения не редкость среди Учителей – их стопы направляет сам Великий Ригден, и никто не имеет права спрашивать Учителей, где они были и что делали. Все с трепетом относились к славе Совершенных и мечтали о том дне, когда им будет позволено знать больше. Но до тех пор – молчание и внимание.
Понимая, что в ближайшие дни ответов на свои вопросы он не получит, а без них продвигаться далее - значит ещё более плодить вопросы, он решил вернуться к тому похищению мальчика великанами, которое увидел в первый свой сеанс у Зеркала.
С некоторых пор, благодаря Учителю, Ньянг-мо научился управлять волнами астрального света и провожать в свой мозг те вибрации, что он желал, а не те, что сами стремились прокладывать себе дорогу.
Учитель говорил:
- Пойми, сын мой, не тот, кто имеет самые яркие видения, достоин похвалы – но тот, кто имеет те видения, которые он сам пожелал.
- Но как этого достичь? Видения разворачиваются передо мною, как только я замираю перед Зеркалом в полной готовности… Как увидеть то, чего желаешь?
-Я дам тебе технику сосредоточения, и если ты будешь усерден, то очень быстро сможешь направлять ток света по своему желанию. Пока же в твой мозг проникают лучи, направленные моей волей.
- Но как я смогу пойти против Ваших волевых токов и вбирать другие лучи, не Ваши, Учитель?
Он улыбнулся своей удивительно светлой улыбкой, которая, казалось, осеняла благолепием всё вокруг:
- Когда ты поймёшь, что твоя воля согласуется с моей, то не будет в тебе таких глупых вопросов, волчонок.

Этот разговор состоялся две недели назад, и все эти четырнадцать дней Ньянг-мо усердно тренировался, проводя в занятиях всё своё свободное время, возвращаясь домой уже глубокой ночью, когда огромные звёзды освещали путь и ноги сами вели по знакомым тропинкам короткой дорогой. От усталости сон наступал мгновенно, как только голова касалась подушки, и во сне продолжалось то, что было в Зеркале, – он опять переживал те же видения, размышлял над ними, и такая двойная работа приводила к возникновению вопросов, которые, увы, некому было пока задать.

Сегодня – день испытания.
Как пояснил Учитель, сначала требуется согласовать свою волю с Его.
Для этого следует в глубоком сосредоточении выявить токи Его воли, задержать их в своём сознании как нечто совершенно реальное и осязаемое. Так сосредоточившись, следует найти в себе полное их приятие и согласованность Его воли со своей. Как это сделать? Учитель не сказал, упомянув лишь, что, пробуя, ученик сам нащупает – как.
И только после этого должно появиться ощущение парения и гармонии, как если бы воля Учителя – это воды священной Брамапутры, а моя – лишь одно из её течений.
Главным признаком того, что всё получилось, будет лёгкое скольжение мыслей по волнам астрального света и «перебирание» их, как струн Лютни.

Буду пробовать.
Итак, сажусь на табуретку, помещаю магнит по центру темени на расстоянии ширины двух пальцев над ним. Сделано…
Сосредотачиваюсь на восприятии воли Учителя. Её магнетические флюиды я знаю чётко и всегда выделю из множества других. Есть!
Теперь следует сосредоточиться на собственных эманациях. Их я тоже знаю. Несколько мгновений… Готово!
Затем согласую в своём внутреннем взоре эти два потока и ожидаю их полного соответствия. Жду. Это соответствие, как пояснил Учитель, будет подобно гармоничной мелодии, где ничто не раздражает, напротив, несёт красоту и свет.
Жду. Жду. Жду.
Ни одной мысли, ни единственной, только спокойное ожидание. И вдруг как бы целый мир распахнулся передо мною, наполняя совершенным спокойствием и совершенной красотою. Свежесть ощущений трудно передать – как если бы в пустыне ослабевший и умирающий от жажды человек вдруг принял бы прохладный душ свежей воды.
Кажется, это оно. Теперь я могу законно пожелать видеть.
Я мысленно направил свой внутренний взор на впечатления от первого знакомства с Зеркалом, на фигурку маленького мальчика и пожелал узнать его дальнейшую судьбу.
Я медленно открыл глаза, и первое, что меня удивило, – это туман в зеркале. Такого не было ещё ни разу. Далёкие горы едва проступали сквозь завесу тумана. Присмотрелся – туман был не в картине, но всё изображение было размыто, не сфокусировано. Однако внутри меня было неописуемое спокойствие, наряду с уверенностью, что всё получится.
Я стал всматриваться в размытые очертания.
Долго, очень долго длился этот поединок с Зеркалом. Оно упорно не желало ничего показывать.
Серые силуэты великанов дрожали и рассыпались, изображения помещений и предметов были столь расплывчаты, что иногда не представлялось возможным определить, что это и где находится.
Да, в этот день я осознал слабость своей воли и силу воли моего Благословенного Учителя – я наглядно убедился, насколько Он велик, а я ничтожен и мал.
Единственное, что я понял, – это что малыш в каком-то жутком каменном мешке, а его похитители ожидают важного мага, чтобы выудить из мозга ребёнка очень нужные им сведения. Предводитель великанов хмур и молчалив, а его воины рвутся в бой, но, вместе с тем, боятся неопределённости – она всегда их пугает, не только в этот раз.

К концу дня я так устал, что не было никаких сил идти домой.
Я получил важный урок – моя воля слаба, а воля моего Учителя бесконечна и натренированна до удивительного совершенства, и мне до Него далеко. Очень далеко.
С этими мыслями пришёл сон.
Это была первая ночь, проведённая в стенах монастыря.

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:09 pm

Тибет, 1741.
Проснувшись, я понял, что очень отчётливо помню свой сон. Это было видение жуткой, демонической личности ужасного великана, смотрящего мне в глаза. Там я понимал, что это – воспоминание, и чувства - не мои, но того мальчика - захватили меня.
Была как бы некая стена между мною и ребенком, и его чувства воспринимались как сквозь преграду: они были моими и не моими одновременно.
Мальчика привели в кабинет Крокса, обставленный самыми удивительными вещами. В нём уже был сам Крокс и этот страшный великан с глазами, пронзающими насквозь и жгучими, как горячие угли.
Не говоря ни слова, Ракшас взял мальчика одной рукой, как куклу, и поднёс к своему лицу.
Как только взгляд колдуна пронзил глаза юного пленника, разум ребенка затуманился и сам малыш впал в забытьё, но я чётко понимал, что происходит, читая в ауре помещения смысл происходящего.

Тибет, 1741.
Ранним утром, проснувшись в потаенной комнате монастыря, я долго не мог понять, где нахожусь, ведь раньше мне не приходилось ночевать вне стен родного дома. Сообразив наконец, что заснул в комнате с Зеркалом Правды, я успокоился и направился на улицу. Первым, кого встретил, был старик Лама. Он сердито посмотрел на меня и проворчал:
- Где ты пропадал? Я тебя искал. Римпоче приехал рано утром и требует тебя к себе.
Сердце бешено заколотилось в моей груди: я так сильно желал этой встречи, что, когда она стала возможной и даже неотвратимой, ноги стали ватными и отказывались идти.
- Что ты стоишь как вкопанный?
Действительно, что это я тут стою? Я заставил ноги повиноваться мне и через минуту уже сидел в комнате благословенного Учителя, пытаясь унять дрожь в пальцах и не смея поднять глаза на того, кто был мне дороже всех драгоценностей мира.
- Как ты провел это время без меня?
Глаза Римпоче мягко светились и смотрели на меня с едва уловимой лукавой улыбкой.
Конечно же, он знал, как я провел это время, и я не сомневался, что он не просто знает все мои вопросы, но и ответы на них уже созрели в его голове. Знал я также, что прямой вопрос требует прямого ответа, поэтому, быстро справившись с волнением, я ответил, склонив голову и продолжая сидеть на коленях, так что мне видны были только стопы Благословенного и участок пола между мной и им:
- Возлюбленный Учитель мой! До вчерашнего дня порядок жизни моей был таков. Утром я приходил к Зеркалу Правды и до вечера узнавал то, что Вы соблаговолили мне через него сообщить. Ток Вашей воли провожал в мой мозг видения, которые породили множество вопросов. Когда же поток видений иссякал, я пытался освоить технику самостоятельного управления потоком видений с помощью практики, которую Вы мне дали. Вечером я возвращался в дом своих родителей. Так и прошло это время.
Но вчера прямо с утра я пожелал опробовать метод самостоятельного видения. До вечера я бился, но получил лишь несколько жалких отрывков, почти не связанных друг с другом образов. Я убедился, Учитель, сколь велика Ваша воля и сколь мала моя. Примите дар моего сердца - мое восхищение Вами, Благословенный Учитель. Благодаря вчерашнему опыту в сердце моем еще больше разгорелась жажда познания.
Учитель выслушал молча и не перебивая, а как только я закончил, он ответил:
- Хорошо, малыш. Ты славно потрудился. Но ответить на твои вопросы я пока не могу - ты слишком мало знаешь, чтобы понять ответы на них. Всему свое время. Что же касается твоих опытов самостоятельного видения, сегодня вечером я помогу тебе, а сейчас иди к родителям – они волнуются. К вечеру я тебя жду.
Я встал, поклонился и вышел. День до вечера пролетел незаметно. Он был полон мелких забот по дому, сознание же мое трепетало от волнения в предвкушении нового, неизведанного опыта с возлюбленным Учителем.

Аватара пользователя
Sophia
Admin
Сообщения: 2595
Зарегистрирован: Ср сен 26, 2007 3:28 pm
Откуда: С.Посад
Контактная информация:

Re: "Сокровища Чаши" - сюжетные линии. Ньянг-мо

Сообщение Sophia » Вт авг 04, 2009 5:10 pm

Тибет, 1741 год. Разговор с Учителем.
Вечер уже погасил лучи солнца, тени ушли куда-то вдаль и растворились, я сидел на улице у входа в храм Цзон-Ка-Пы.
Учитель всё не шёл, а я предавался размышлениям, но вопросы каждый раз ставили меня в тупик, не давая мыслям литься рекой, создавая запруды размышлений и омуты неполученных ответов.
Ну, во-первых, я знал, что еще никому из упасака не разрешалось целыми днями пребывать у Зеркала Правды. И моя «исключительность» в этом вопросе была для меня камнем преткновения. Если Учителя не разрешали кому-то это делать, то они не разрешали всем, не делая исключений. Обучение, которое я проходил, было целиком и полностью принадлежностью Чела, более высоких и опытных, чем я, учеников, к тому же живущих постоянно в стенах монастыря и ведущих куда более строгий образ жизни, чем я.
Быть упасака означает стоять в преддверии великих тайн, живя в миру.
Быть Чела означает изучать их, живя в монастыре, в школе.
Быть Лану означает овладевать тайнами и силами, которые они дают.
Но я что-то не припоминал, что бы кто-то из упасака, живя дома с родными, на первом месяце обучения уже изучал то, что изучал я, но что нельзя было рассказать никому.
Это противоречие разрывало меня на части, и я не мог найти этому никакого разумного объяснения.
Затем, эта практика, которую я делал.
Почему делал её не под руководством Учителя? Почему один?
Все, кого я знал, были на первых этапах оберегаемы своими наставниками и учителями, как цыплята курицей. Меня же бросили, как котёнка в воду: «выплывет – значит выживет. Не выплывет – не судьба». Больше всего меня мучил вопрос – неужели Учитель так сильно меня не любит, что оставил в таком полнейшем небрежении и даже не приставил ко мне наставника, не справляется о моих успехах?
Затем, этот мальчик, попавший в руки к шаммарам. Это моё воплощение? Как я понял, да. Оно у меня единственное? Выжил ли я и как это скажется на моей нынешней жизни? Почему именно эта жизнь всплыла у меня перед глазами в мой первый день обучения и испытания? Одна мысль особенно не давала мне покоя: может быть, я тогда вошёл в сговор с колдунами и теперь Учитель хочет выведать у меня их тайны, а потом выгнать как страшного предателя???
Все эти беспокойные мысли, как рой мух, не давали мне покоя. Я хотел избавиться от них, но не мог - и мучался, мучался, мучался ими, как какой-то неизлечимой болезнью. Больше всего я боялся, что, в результате всего, Учитель скажет мне, что я прав в своих подозрениях и его пренебрежение ко мне связано с тем, что с самого начала он не желал быть мне Учителем; что вот, наконец, он узнал от меня всё, что хотел, и больше я никогда его не увижу, потому что хуже меня ученика выдумать просто невозможно… А ведь всё шло к тому, что этот вариант и есть правда – пугающая, заставляющая слёзы наворачиваться мне на глаза и не дающая чувствовать себя человеком. Я как изгой сидел до самой ночи, пока не почувствовал приближение Учителя.
Как нечто неуловимое, появился Он в моём восприятии, я встал и тут же увидел его приближающуюся фигуру, в свете звёзд едва различимую, но такую родную и любимую, что я смог бы различить её, казалось мне, и в кромешной тьме.
Он, не сказав ни слова, жестом приказал мне следовать за ним.

Ответить

Вернуться в «Наши печатные работы»